+6°C

Уфа, ясно

ясно
USD 76.82 | EUR 89.66

НЕЖДАНЧИК

234 |

Она лишь мельком глянула в ведро – что там такое? Там что-то двигалось и пищало. Тогда она нащупала пуповину, взяла ножницы и перерезала ее. А потом – закрыла ведро крышкой. Она знала, что это конец. Крышка закрывалась очень плотно, скоро в ведре не осталось воздуха...

НЕЖДАНЧИК
Уже сошел снег и земля подсохла, первые подснежники, клейкие зеленые листочки. Как хорошо было бы родиться в это время. А он и мог, этот маленький мальчик – вполне здоровый, доношенный, родиться именно в этот день. Собственно, он и родился, сделал первый вздох, первый крик и дальше – тишина, темнота и – обратно туда, в небытие, откуда он и пришел. И даже имени ему не дали.

«Что хочет, то пусть и делает»

Кто из детства не вспоминает, пусть даже изредка, такие дорогие сердцу приятные мелочи. Поцелуи, поглаживания по головке. А я вспоминаю такую нелепую историю: летом дед отправлялся по грибы, приносил целые короба, а потом «снимал дегустацию» – вдруг несъедобные. Жарил и ужинал теми самыми грибами, а потом ложился спать со словами: «Ну, не знаю, встану ли завтра». Это он так проверял их – если отравится, так уж лучше пускай он, чем другие домочадцы. В грибах он разбирался, только навел страху сосед: точно так же принес каких-то волнушек, а потом отравился, еле отходили. С тех пор дед завел такую традицию. Еще помню, меня в пятилетнем возрасте побили соседские мальчишки. Отец выбежал зимой в одних носках, и они, видя его свирепость, тут же разбежались и больше пальцем не смели меня тронуть. Хорошо, когда тебя любят, когда ждут твоего появления на свет. У каждого есть такие воспоминания.
Нормальному человеку трудно понять – как можно убить своего здорового (да пусть и больного), только что родившегося ребенка. Некоторые такие случаи списывают на послеродовой депрессивный синдром, но это не наш случай.
Эта женщина, назовем ее Ольгой, проживала в Уфимском районе, совсем недалеко от Уфы. Вышла замуж, муж был неплохой, родились дети – мальчик и девочка. Но семья не сложилась, в 2008 году супруг ушел жить обратно к родителям, завел себе другую. В свои 28 лет Ольга нигде не работала, проживала с матерью, дети к этому времени были уже большими – шесть и восемь лет. Да и матушка тоже не привыкла трудиться – содержал всех отчим Ольги, пока не скончался от инфаркта. Семья еле сводила концы с концами, однако женщины продолжали сидеть дома. Вся надежда была на сожителя Ольги, которого она привела в дом, – Алика. Но тот оказался совсем не приспособлен к семейной жизни, да и не прочь был выпить. А потом и он нашел себе другую. К этому времени Ольга была уже на большом сроке.
Почему бы ей сразу не сделать аборт, когда ребеночек находился лишь в стадии эмбриона (хотя это тоже убийство, только не столь очевидное)? Просто дите не было нужным, мать относилась к нему как к средству. Вначале вроде бы Алик даже высказывался за то, чтобы родить. Вот и хорошо, подумала Ольга, теперь никуда не денется и, может, даже бросит пить. Но неродившемуся малютке не повезло и с отцом. Месяца через два его родительские чувства остыли, он сказал прямым текстом: «Ребенок мне не нужен, что хочешь, то и делай!» А к бутылке стал прикладываться все плотнее. «Теща», видя, как он пропивает последнее, выгнала несостоявшегося зятя. Ольга пикнуть не могла: квартира матери. Однако Алик продолжал «таскаться» к своей беременной подруге и ублажать ее. Ольга опять стала рассуждать: может, все-таки возьмется за ум? Но потом Алик прекратил свои визиты, и до нее дошли слухи, что он связался с другой. Все! Она возненавидела этого ребенка. Алик между тем похвалялся своим друзьям:
– Ольга-то беременна!
– Ну, и что, как вы?
– Что как? Дело ее, что хочет, то пусть и делает!
Мать косилась на растущий, как на дрожжах, живот и спрашивала:
– Ты беременна, что ль?
– Да нет, – отмахивалась дочка. – Так, раздобрела что-то.
– А-а-а... – кивала она головой равнодушно. И делала вид, что ничего не замечает.
Конечно, на учет в женскую консультацию Ольга и не подумала встать. Никому этот ребенок не был нужен. А он не знал об этом и уже настойчиво напоминал о себе, просился наружу.

Куда делся ребенок?

Накануне, 21 апреля, все семейство отправилось в баню к родителям бывшего мужа Ольги (сами они проживали в неблагоустроенной квартире). После бани она посидела во дворе, выпила пива, покурила. Домой с матерью вернулись уже поздно вечером, дети остались у второй бабушки. Дома женщина поиграла в компьютер и легла спать. Ночью Ольга проснулась от сильной боли в животе. Начались схватки. Но «скорую» она вызывать не стала: огласка ей не нужна была, она уже решила избавиться от ребенка. Она встала и пошла в туалет. Собственно, туалета как такового не имелось, было пластиковое ведро с крышкой. Она поднатужилась, и ребенок выскочил наружу. Иные женщины не могут разродиться, а здесь все произошло легко и быстро. Света в туалете не было. Ольга лишь мельком глянула в ведро – что там такое? Там что-то двигалось и пищало. Ольга нащупала пуповину, взяла ножницы и перерезала ее. А потом – закрыла ведро крышкой. Она знала, что это конец. Крышка закрывалась очень плотно, скоро в ведре не осталось воздуха. Ольга взяла в руки ведро и отправилась на помойку. Подойдя к мусорному контейнеру, она, не глядя, выкинула свое дите из ведра, как какие-нибудь картофельные очистки, и побежала обратно домой. Там она зажгла сигарету и уже было перекрестилась про себя, мол, как все хорошо обернулось. Не тут-то было. Она потеряла сознание: началось кровотечение.
Когда Ольга упала на пол, проснулась мать. Увидев везде кровь, переполошилась и бросилась вызывать «скорую». Ольга быстро пришла в себя, но мать даже не спросила, где ребенок. Когда в ЦРБ доставили женщину с кровотечением, все сразу переполошились. Лидия Михайловна работала в больнице акушером-гинекологом около 25 лет. 22 апреля, рано утром в воскресенье, ее как дежурного врача срочно вызвали к тяжелой пациентке. Женщина была в сознании и явно не хотела говорить правду. Лидия Михайловна вспоминает:
– При опросе срока беременности Ольга юлила. Учитывая признаки кровотечения, я заподозрила внебольничный аборт на большом сроке. Тут же позвонила в скорую помощь и у фельдшера расспросила, не видел ли он ребенка или плод. Фельдшер ответил, что видел что-то в ведре у них дома, но не рассматривал, что там именно находится. Я попросила его вернуться к ним в дом и привезти содержимое выкидыша. В результате он привез послед (плаценту). По внешнему виду плаценты было видно, что она соответствует почти доношенному сроку беременности. Плода нигде не было.
Медики боролись за жизнь матери-убийцы и пытались найти ребенка. Что же было дальше? Тут же придя в себя и почувствовав прилив сил, Ольга принялась всем рассказывать (соседкам по палате, медперсоналу и после – инспектору по делам несовершеннолетних), что не знала о своей беременности и ребенок родился мертвым. Собственно, в ее устах слова «ребенок» и не звучало. Она говорила:
– Это был выкидыш, самопроизвольный аборт. Срок был небольшой – месяца два-три.
Не веря ей, соседки по палате подходили и упрашивали сказать, где сейчас младенец, возможно, его можно спасти. Но Ольга стояла на своем. Потом одна больная услышала ее разговор по телефону. Ольга говорила, что родила ребенка и отнесла его на помойку. А главное, при этом она была абсолютно спокойной, в ее словах не чувствовалось ни капли горечи или сожаления.

Что-то похожее на куклу

«Мусорка» пришла вовремя, по расписанию. Водитель на служебном «КамАЗе» собрал бытовые отходы со своего участка, доехал до свалки и начал разгружать. Вдруг он заметил среди отходов что-то похожее на испачканную куклу. Не «Барби», а такую, какие раньше выпускались в советские времена, похожую на младенца. Водитель подбежал и остановил разгрузочный пресс. Ему было страшно разглядеть все до мелочей – он подозвал учетчицу Надю.
У Надежды самой было четверо – хороших, послушных ребятишек. Она с жалостью взяла тельце на руки. Вот как она это вспоминает:
– Это был мальчик – хорошенький такой, упитанный, доношенный. На головке имелась ссадина, пуповина была чистой. Я нашла простыню, завернула тельце. Коробку убрала под кусты, подальше от собак. Мы тут же позвонили в полицию.
Сейчас эту женщину осудили. Дали немного – в конце концов мамаша вину свою признала, плакала, что убивать не хотела. Мол, избавилась от ребенка из-за тяжелого финансового положения: у нее и так двое детей, а тут еще третий «нежданчик». К тому же затаила обиду на своего сожителя, отца ребенка, который ушел к другой женщине. Говорят, не судите, да не судимы будете. Но как можно оправдать такое? Нет финансов? Так иди, работай! Дети-то уже большие, хватит сидеть на их алименты. Мужик подвел, обидел? А ребенок-то при чем? Возможно, и скорее всего, этот мальчик не полетел бы в космос, но зато вырос бы любящим и послушным. И, возможно, много лет спустя (неизвестно еще, как повернется жизнь) из всех троих детей только бы он поддержал мать в старости, заботился о ней. Почему его выкинули в помойное ведро? В чем он был виноват?

P.S. Имена героев изменены.

Автор: Ирина ШИПУНОВА.

Ольга ребенка ведро потом ребенок только взяла пусть мальчик Ольги вспоминает обратно аборт хорошо такие такое когда можно своего такую

Возврат к списку


Важные новости

Актуальные новости

При выполнении скрипта возникла ошибка. Включить расширенный вывод ошибок можно в файле настроек .settings.php