USD 75.68 | EUR 90.54

У «БСК» есть все документы чтобы начать геологоразведочные работы на Куштау

187 |

Об этом руководители «Башкирской содовой компании» и «Сырьевой компании» сообщили на пресс-конференции в Уфе и показали документы.

У «БСК» есть все документы чтобы начать геологоразведочные работы на Куштау
(О том, что «БСК» проведет пресс-конференцию и покажет всю имеющую у нее разрешительную документацию, Глава Башкирии Радий Хабиров сообщил во время встречи с защитниками Куштау, которая состоялась 17 августа).

По словам Генерального директора АО «Сырьевая компания» Александра Шкурко, положительное экспертное заключение на выполнение геологоразведочных работ и документы, дающее право нахождения на лесном участке у них есть: имеется договор аренды лесного участка, согласно которого определена площадь, на которой можно выполнять геологоразведочные работы. Также оформлен проект освоения лесного участка и лесная декларация.

Стенограмма пресс-конференции:

Василий Мартыненко, директор Директор Уфимского института биологии РАН:

– Геологоразведка предполагает вырубку леса? К какой категории лесов относятся леса на Куштау?

Александр Шкурко:

– Леса, которые взяты нами в аренду, относятся к категории защитных лесов.

Эдуард Талипов, Начальник отдела арендных отношений и землепользования министерства лесного хозяйства РБ:

– Это защитные леса, расположенные вдоль горных объектов, а также расположенные в лесах и лесостепях. В целях выполнения геологоразведочных работ на территории данной категории защитных лесов, то есть на данном участке допускается проведение сплошной и выборочных рубок. Основанием является ст. 21 Лесного кодекса.

Любое строительство требует проведение экологической экспертизы: присутствуют ли там редкие виды растений, животных...

Александр Шкурко:

Насколько я знаю, в федеральном законе «Об экологической экспертизе» не говорится, что проекты геологоразведочных работ должны проходить экологическую экспертизу. О разработке шихана пока речь не идет, мы планируем выполнять именно геологоразведочные работы. По результатам выполнения этих работ будут приниматься решения о разработке, не разработке или разработке части месторождений. Все будет известно тогда, когда будет выполнен полный комплекс геологоразведочных работ, утверждены запасы и поставлены на государственный баланс. После этого будет разрабатываться проект о разработке месторождений, который должен определить, какие участки необходимо разрабатывать. Он в обязательном порядке должен пройти и экологическую, и государственную экспертизу, и экспертизу промышленной безопасности, и все другие экспертизы, которые требуются по законодательству.

– Если я правильно поняла, вам пока не известно – нужна ли вам будет гора Куштау?

Александр Шкурко:

Вы меня неправильно поняли. Мы уже произвели поисково-оценочную стадию геологоразведочных работ в 2016-2019 годах, в 2017 году выполняли бурение на шихане Куштау. Определили запасы, которые поставили на баланс. То есть выполнили объем поисково-оценочных работ, сделали подсчет запасов и представили в государственную комиссию по запасам полезных ископаемых. Эксперты посмотрели результаты наших работ: на сегодняшний день по Куштау есть запасы, которые стоят на государственном балансе. Сейчас планируем выполнить следующую стадию геологоразведочных работ, чтобы уточнить имеющиеся запасы.

– Когда вам были выданы разрешительные документы на геологоразведочные работы?

Александр Шкурко:

– 22 июля 2016 года мы получили лицензию на поисково-оценочные работы по Куштау, на геологоразведочные работы, которыми сейчас хотим заняться, получили в августе 2019 года.

Даже при проведении геологоразведки будет нанесен ущерб экологии, в том числе и краснокнижным видам растений и животных, обитающих там. Как этот вопрос будет решаться, и почему до проведения геологоразведки не произведена оценка воздействия на окружающую среду?

Александр Шкурко:

– Оценка воздействия на окружающую среду делается, когда разрабатывается проект разработки месторождений.

– Вы знаете, что на этом участке есть краснокнижные виды и существует социальная напряженность...

Александр Шкурко:

– Полностью разделяю вашу обеспокоенность. Мы ознакомились с отчетом, в нем приведены координаты участков, где обитают краснокнижные виды растений и животных. К счастью, их нет на тех участках, которые мы планируем использовать для геологоразведочных работ.



На Вопрос о поиске альтернативных источников сырья ответил генеральный директор «Башкирской содовой компании» Эдуард Давыдов.

В 2019 году я поднял архив по проблемам сырья. Первые письма, обращения по месторождениям датированы 86 годом – вплоть до 2010 года не нашел писем, где рассматривались бы другие источники, кроме Юрактау и Торатау. Директора «Соды» не видели других источников. В 2010–2012 году появилось Каранское месторождение в районе Красноусольска. Но на этой территории заповедники, есть много мелких рек, в которых живут редкие виды рыб, растения. Плюс были обращения местных жителей, которые были против. И там ничего, в принципе, и не нашли. Есть упоминание Гумеровского месторождения. Это красивейшие места, сплошные леса, очень много животных, красивые горные реки. Но чтобы добывать там известняк, нужно проложить дорогу, которая будет проходить через множество рек и сложный рельеф. Есть Худолазское месторождение – мы брали несколько тысяч тонн на пробу – и там тоже есть свои проблемы. Экономическая нецелесообразность. Нет такого примера в мире, чтобы известянк возили за 500 километров. Это месторождения, которые циркулируют в архивах предприятия. Среди них сведения о возможных источниках сырья я не нашел.

Возможно, общественность, среди которых есть геологи, войдут в координационный совет, который создает глава республики и в рамках координационного совета озвучат предложения, которые просчитаны.

– Есть ли данные по количеству сырья Куштау и какой процент может быть пригодным?

Эдуард Давыдов:

По результатам выполнения поисково-оценочных работ за 2016-2019 годы мы на государственный баланс поставили 316 млн 501 тыс тонн известняка для химической и цементной промышленности, из которых 275 млн тонн – это сырье для химической промышленности.

– Принимая во внимание технико-экономические, производственные аргументы, которые вы привели с одной стороны, с другой стороны мнение общественности, особое мнение местного населения, к какому компромиссу вы готовый придти?

Эдуард Давыдов:

– Хотелось бы, чтобы в координационный совет вошли сильные ученые, которые могут реально подсказать – что упустили за последние 30 лет специалисты предприятия. Если на координационном совете геологи покажут другие месторождения, где нет лесов и особо охраняемых зон, местное население не затронуто, это устроило бы всех. Выиграли бы и та и другая сторона. Если координационный совет скажет, что других вариантов нет, то останется думать, как максимально

сократить ущерб для экологии и учесть интересы местного населения. Максимум – если в рамках координационного совета кто-то из ученых предложит и экономически докажет, что есть что-то иное, минимум – надо искать компромисс.



Мария НИКОЛАЕВА.

Возврат к списку