USD 72.79 | EUR 86.41

Уфаведение: прогулки по памяти

535 |

Краснознамённая и Красноармейская, Красноармейский переулок и Сутолочная, Уфимская и Павла Вавилова – названия многих уфимских улиц, которые можно найти на картах и в справочниках 1930-х – 1960-х, неведомы нынешним горожанам.

Уфаведение: прогулки по памяти
Некоторые из них были переименованы (в 1956 г. Уфимская стала Сурикова, Сутолочная в 1958-м получила имя Павла Точисского, но позже обе ушли в небытие), от других осталась только дорога (домов на улице П. Вавилова не числится). Третьи были застроены или просто исчезли вместе с домами, как это случилось с десятками улиц Архиерейки. Но я прошу обратить внимание на целый «букет» улиц с очень «отдалёнными» названиями: Байкальская, Енисейская, Акмолинская, Ленская, Камчатская, Якутская, Владивостокская. Если Владивостокскую все знают и сегодня, то с остальными вряд ли всё так просто: последний раз эта дружная семейка украшала Уфу лет 65 назад.

13 ноября 1956 года в связи с воссоединением Уфы и Черниковска Уфимский городской исполком произвёл ряд переименований улиц. Сложно понять почему, но под горячую руку попалась и Байкальская – она стала Айской (зато одноимённая улица на отшибе – у стадиона имени Гастелло, название сохранила). Сейчас трудно себе представить, что восточнее Айской и параллельно ей каким-то чудом умещались целых пять улиц.

Место за церковью Рождества Богородицы уфимцы когда-то называли Выселками. Согласно словарю В.И. Даля, выселок или выселки – «поселение из ближних выходцев, отделившихся и занявших пустошь». Наши Выселки появились в самом начале ХХ века, когда Уфимская городская дума в связи с бурным ростом населения (после постройки железной дороги оно удваивалось каждые 12-13 лет) стала отводить новые участки для жилья. А до этого здесь было поле, лишь домишки Архиерейского хутора на пригорке (район Аграрного университета) оживляли скучноватый пейзаж. Если судить по Справочной книге г. Уфы, в 1908 году на только что размеченных землемерами вблизи новой губернской психиатрической больницы улицах Владивостокской и Якутской ещё никто не жил, да и на остальных было немало свободных земельных участков (были ж времена!), то в 1911-м все места уже заняты. А восточнее Владивостокской, на склоне, даже появилась новая улица – Крайняя.


Интересно посмотреть, как улицам давали названия лет сто двадцать назад. Одна из самых старых уфимских улиц Большая Сибирская (позже Будённого и Мингажева), названная так по той причине, что по ней шёл Сибирский тракт, с ростом города обзавелась «родственницами»: параллельно ей расположились Иркутская (Пархоменко), Тобольская (Ветошникова), Амурская, Томская (Томского – Чапаева), Красноярская. Понятно, что улицы Выселок были обречены попасть всё в ту же сибирскую «семью», в основном с забайкальским или восточно-сибирским уклоном. Так на карте города появились Енисейская, Ленская, Камчатская, Якутская и, наконец, Владивостокская.

Да, чуть не забыл: была в Выселках ещё и Акмолинская улица. Вроде бы Акмолинск, позже Целиноград, ныне Астана – это южнее, в Казахстане. Но, по большому счёту, улица тоже получила название «в тему»: достаточно сказать, что центр бывшей Акмолинской области прежней России находился в Омске. Акмолинская на карте Уфы и сегодня почти есть. Почти – это потому что лишь один дом числится по ней. Пока числится.

Одноэтажные домишки, сараи, огороды, козы, куры, утки, непролазная грязь весной и осенью – наблюдаемые на улицах Выселок картинки мало чем отличались друг от друга. Жители работали на кирпичных заводиках за Сутолокой да на канатной фабрике братьев Кругловых в близлежащей Восточной слободе. Некоторые, впрочем, отливали колокола на заводе Минина, обосновавшемся неподалёку от Выселок ещё до их появления. Или нанимались во вспомогательные службы новой психбольницы.
Мало что изменилось и после революции и Гражданской войны, разве что Богородскую улицу велено было именовать Революционной. Но новая жизнь напирала, хотя поначалу это вылилось лишь в закрытии в 1933-м Скорбященской церкви на находившемся рядом Ново-Ивановском кладбище. Вскоре закрыли и церковь Рождества Богородицы. Зато в 1937-м жители Выселок почувствовали себя настоящими уфимцами: сначала на Революционной, в пяти кварталах от Байкальской (тогда между Байкальской и Будённого-Мингажева было целых четыре улицы!), появились трамвайные пути, которые очень скоро добрались и до Архиерейского хутора, готовясь совершить бросок в сторону важнейших строек первой пятилетки – центральной электростанции и моторного завода. А в сентябре отличники, хорошисты, троечники и даже двоечники Выселок и других близлежащих улиц дружно направились осваивать новенькое здание школы № 44.
Не побоюсь повториться: здание школы сразу проектировалось с возможным перепрофилированием под военный госпиталь, ведь война с Германией считалась неизбежной. В августе 1941 года здесь был развёрнут госпиталь № 3886, но школьники продолжали бывать в своей школе, уже в качестве шефов: они писали письма за раненых, делали им различные подарки, устраивали концерты.
Ещё один госпиталь – № 3753 был открыт на территории психбольницы. Интересно рассматривать аэрофотоснимок этих мест, сделанный с немецкого самолёта-разведчика в сентябре 1942 года. Сразу бросаются в глаза огромное в сравнении с окружающими домиками здание школы и чётко распланированная территория психбольницы. А ещё – много дорожек и тропок в сторону трамвая на Типографской площади. Почему такое название у площади, спросите? Стоит у ДК «Юбилейный» облепленное рекламными плакатами здание с большой трубой за ним. Строили его как типографию, каковая туда и въехала в 1937-м. Вот и нынешняя улица 50-летия Октября была тогда Типографской. Но с началом войны печатники переехали в Дом офицеров, а здание занял эвакуированный ржевский завод (будущая «Гидравлика»).
С окончанием войны школьники вернулись в свои классы, на углу с Байкальской они разбили фруктовый сад, и по весне территория школы вместе со всеми кварталами Выселок (да и со всей остальной окраинной Уфой) превращались в огромный цветущий яблоневый сад.
А госпиталь на территории психбольницы со временем превратился в госпиталь инвалидов Великой Отечественной войны (здание снесено в 2010-м).
Центром жизни продолжала оставаться улица Революционная (бывшая Богородская), на ней были магазины и 44-я школа. Но даже 60-е годы эта улица встретила… непролазной грязью, хотя уже в середине 50-х здесь появились вполне благоустроенные (по тем временам) двухэтажные дома. Байкальская (Айская) тоже интенсивно застраивалась, именно она была первой заасфальтирована в данной местности. И почти сразу в Выселках появился автобус – маленький ПАЗик, но на вполне городском маршруте № 5. Впрочем, даже в середине 80-х Айская ещё вела в никуда (фактически в овраг), поэтому асфальт «сворачивал» на Достоевскую и Ветошникова. И далее – к новому мосту через Белую.
Вскоре, году в 1962-м, цивилизация добралась и до Революционной: её тоже заасфальтировали, правда, лишь на участке от Айской до Владивостокской. Думаю, здесь вполне уместны будут впечатления от этого процесса 4-5-летнего мальчишки – жителя улицы Камчатской: «Мы любили смотреть, как по улице, гремя гусеницами, носились танкетки, как мы по незнанию называли бронетранспортёры (в конце улицы за воротами со звёздами стояла какая-то воинская часть). И вдруг – дорогу в детский сад перерыли бульдозеры. Затем появились огромные катки. Чёрно-серые или зеленоватые МАЗы вываливали перед ними горячий асфальт, пышущие жаром кучи которого раскидывали вручную крепкие мужики (да и женщины тоже). А потом разравнивали его граблями или чем-то похожим. Затем начиналось самое интересное: на асфальтовую «целину» въезжал каток, следом за ним чинно вышагивала работница в огромных сандалиях на войлочной подошве (горячо ведь снизу!) и с приспособлением типа швабры, которым она то ли охлаждала, то ли увлажняла колёса катков».
Так вот, когда я наблюдал эти картинки (а то кто же?), то по этой самой, ещё не слишком цивилизованной Революционной нас, воспитанников детского сада № 100 на Айской, выводили на прогулку в лесок у Сутолоки. Помню, там было довольно большое озерцо, потом поменьше. Что было дальше, из головы выветрилось, всё же 60 лет прошло.
В самом начале 1970-х на месте Енисейской и Ленской выросли пятиэтажки. Вскоре под натиском строителей сгинули и остальные улицы. Ныне район полностью перепланирован и в укрупнённом квартале стоят пяти- и девятиэтажные дома. Больше других повезло Камчатской – её оставили. Но сегодня вы не найдёте и такой улицы: 10 августа 1982 года она стала носить имя погибшего в 1943-м моряка-подводника Балтийского флота Петра Артемьевича Родионова. Жаль только, что сведений о самом Родионове не так много, сам Ю.А. Узиков не смог найти ни одной фотографии моряка. Нынче ни одного дома по этой улице не числится.
Сегодня в этих краях весьма оживлённо. 44-ю школу снесли и выстроили новую, на месте психиатрической больницы стоят большие дома, подобные скоро появятся и на Революционной. Память о Выселках осталась лишь на страницах справочников 1908 и 1911 годов и в названии Владивостокской улицы. Нет и моей Камчатской, даже маленький Камчатский переулок канул в Лету. Так что прогулки по ним возможны только по памяти.

Анатолий ЧЕЧУХА.



Возврат к списку


Важные новости

Актуальные новости

При выполнении скрипта возникла ошибка. Включить расширенный вывод ошибок можно в файле настроек .settings.php