Городская среда
Уфа ВИП Интернейшнл

Пока живу – надеюсь: дойдут ли бесплатные лекарства до орфанных больных?

72 |

Тяжелая болезнь - беда, от которой никто не застрахован. Человек надеется на государство, которое обязано предоставить каждому материальную поддержку. И кому-то действительно проводят высокотехнологичные операции, выдают бесплатно лекарство. Однако «на обочине» остаются больные редкими заболеваниями, чье лечение исчисляется миллионами. И здесь многие из них остаются брошены на произвол судьбы.

Пока живу – надеюсь: дойдут ли бесплатные лекарства до орфанных больных?
Дешевле – не значит лучше

Первая проблема – аналогов. Они намного дешевле оригинальных препаратов, поэтому Минздрав при закупке отдает предпочтение им.

 Врачи не отрицают негативного воздействия на больной организм дженейриков. Заместителя главного врача Республиканского кардиоцентра Евгения Ермолаева это очень беспокоит:

 - В регистре с легочной гипертензией состоят 126 пациентов, около 20 из них - дети. Кто-то переведен на иммунную терапию, кто-то - на комбинированную, суммы на них уходят очень значительные. Больше проблем с обеспечением вторичной легочной гипертензии (когда нарушается кровообращение в легких, затрудняется дыхание). Препараты были выведены из льготного списка.

 Действительно, сейчас в федеральный перечень орфанных они не входят. Минздрав выделял на них средства из регионального бюджета, однако это оказалось непосильным бременем: ежемесячно на одного человека необходимо более 240 тыс. рублей, а в год - около 3 млн.

 Решение было найдено – более дешевые аналоги. Таким образом, оригинальный препарат «Траклир», стоимостью 200 тыс. заменили на более дешевый дженерик - «Бозенекс» (45 тыс.). И сразу же у больных гипертензией второго типа пошли побочные аллергические реакции. Первым скончался 27-летний уфимец Илья Борщук, за ним молодая девушка Юля.
В борьбе за нужный препарат «сошел с дистанции» и 16-летний Рауф из Зианчуринского района. Обращения в Минздрав с просьбой вернуть прежний препарат результата не дали, ему предложили квоту на лечение в Москве. Ответ из НИИ пришел спустя три месяца четыре месяца. В пути юноше стало настолько плохо, что начальник поезда распорядился высадить его на станции Сакмар. Рауфа тут же забрал реанимобиль и отвез в больницу, где он через неделю скончался.

 – Минздрав давит на врачей, заставляет их выписывать не проверенные временем препараты, которые не доработаны, Препарат «Бозенекс» – сырой, его недопустимо выпускать на рынок, - считает председатель РБОО «Хантер-синдром и другие редкие заболевания» Элеонора Романова. - В сентябре в список жизненно важных препаратов внесли новейшие лекарственные средства «Адемпас» и «Волибрис», у которых минимум побочных эффектов. Однако пациентам все равно выдают непроверенный дешевый аналог «Бозенекс», от которого у большинства тяжелые последствия. Замена алгоритма лечения, который хорошо поддерживал пациента, приводит к трагедиям.

И все-таки ценой больших усилий и потраченного здоровья - того, что осталось, можно добиться нужного препарата. Процедура
непростая. Если на лекарство идет побочная реакция, этот факт должна зарегистрировать врачебная комиссия. Затем документ отправляется в Росздравнадзор, но это еще не значит, что человеку назначат оригинальный препарат. Если побочные проявления не подпадают под классические, доказать, что препарат противопоказан крайне проблематично. Причем ВК создается по месту проживания.

 К примеру, больная К. , находилась в Москве, ожидая пересадку сердца и легкого в комплексе. К тому времени подошла очередь на врачебную комиссию, чтобы зафиксировать, что назначенный ей препарат не подходит. Пришлось возвращаться в Уфу. Как и Рауф, женщина находилась на кислородных концентратах, и в таком состоянии вынуждена была курсировать туда и обратно.

 У больной К. диагностирована множественная миелома, был назначен входящий в программу «7 нозологий» препарат бортезомиб. За три года болезни она прошла несколько курсов лечения, которые первоначально давали хороший результат. Но за это время раковые клетки привыкли к препарату, потребовалось новое решение. Специалисты порекомендовали другой иммуномодулятор – леналидомид. Но в его выдаче отказали – он не включен в программу «12 нозологий», а препарат очень дорогостоящий.
Также ряд дополнительных препаратов необходим при рассеянном склерозе, гемофилии, муковисцидозе, первичном иммунодефиците. Такие лекарства не роскошь - они жизненно необходимы пациентам, большинство из которых попросту уже не восприимчивы к лекарствам, входящим в программу господдержки.

 Спасти Ратмира

 Еще одно орфанное заболевание, которое, к сожалению, не обошло и уфимцев – спинально-мышечная атрофия (СМА). Болезнь, как правило, проявляется в детском возрасте: со временем ребенок теряет возможность двигаться, говорить, глотать и дышать. Такой недуг порацил уфимского малыша Ратмира Тимербаева в 7 месяцев, сейчас ему полтора года. Два года назад в США создали первое в мире средство, достаточно эффективное, которое уже активно применяется, только не в России. Минздрав его не зарегистрировал, видимо потому, что стоит оно более 100 тысяч евро за упаковку. Теперь Тимербаевы через благотворительные фонды ищут средства, им необходимо собрать немыслимую сумму – 45 млн. рублей.

Особая история с детьми, которым вследствие заболевания - сахарного диабета первого типа показана помповая инсулинтерапия или дозаторы. Проблему от всех матерей озвучила Ляйсан Нурмухаметова:

 - Помпа не функционирует без расходных материалов: инфузионные наборы, резервуары. А электронный сенсор помогает контролировать уровень сахара непрерывно и при возникновении критических ситуаций подает звуковой сигнал. В месяц на их приобретение уходит от 8 до 25 тыс. (в год – от 96 до 300 тыс). А в поликлиниках даже отказывают в выписке рецептов.
Родители либо вынуждены приобретать их за свой счет, либо обращаются в благотворительные фонды.

На протяжении многих лет они обращаются лично и коллективно в Минздрав, но ответ один: «Расходные материалы не входят в перечень изделий медицинского назначения по программе госгараний».

 Но это еще не все. Как пояснила другая мама ребенка с сахарным диабетом первого типа Гузель Галиуллина, в некоторых городах - Туймазах, Нефтекамске родители не могут вовремя получить препарат. Продолжительное время отсутствовал инсулин Левемир. Родители приобретают его с рук, на свои деньги. Также имеются отказы в обеспечении препаратом Глюкагон, который должен отпускаться бесплатно, поскольку входит в перечень жизненно необходимых.

В этом году в ДРКБ детям кололи просроченный инсулин, и Кировская района прокуратура подтвердила это. По результатам проверки СУ СК РФ по РБ возбудил уголовное дело по ч.1 ст. 238 УК РФ. Есть и еще проблема, которая может кому-то показаться незначительной, но не больным детям. Минздрав РБ закупает недостаточное количество игл для шприц-ручек, да и качество их оставляет желать лучшего. Они причиняют боль маленьким пациентам, оставляя кровоподтеки. Родители обращались в Росздравнадзор с коллективной жалобой, но ответа не получили.

Фонд «Потерь нет» занимается проблемами онкобольных детей, к сожалению, их количество растет. Только за последний год количество их увеличилось почти на 100. По словам его председателя Айгуль Губачевой, нередко врачи назначают им лекарства, которые не входят в перечень необходимых для жизни, а когда нет нужных аналогов, чтобы хоть как-то поддержать организм, выписывают лекарства, запрещенные для детей.

 И все-таки в целом ситуацию можно назвать удовлетворительной, но когда им исполняется 18 лет, уже начинаются проблемы. Но это еще не все,

- Дети становятся заложниками бюрократической системы и недостаточного финансирования. Помимо этого, из больниц и поликлиник мы ожидаем по два - три месяца какого-то официального ответа. Мы не вправе оказывать благотворительную помощь без официального ответа, что они не в состоянии обеспечить пациента нужным препаратом.
На всех средств не хватает

 В то же время в Минздраве РБ объясняют, что с каждым годом количество пациентов с орфанными заболеваниями растет (с 2014 года выросло на 28% ). Средняя стоимость такого рецепта составляет примерно 86 тысяч рублей, в год на их лечение тратится более 800 млн руб. в то же время есть и другие льготные категории больных, которые тоже имеют право на бесплатные лекарства. На всех
средств не хватает. Есть федеральный норматив – 826 руб, и республиканский – примерно 160 руб – на одного пациента в месяц.

 Последней информацией поделилась начальник отдела организации фармацевтической деятельности и лекарственного обеспечения Минздрава Башкирии Земфира Карамова:

 - На сегодняшний день все аукционы пройдены, препараты получаем ежеквартально, которые отправляем по пунктам отпуска медицинских организаций. Обеспечение идет в пределах финансовых средств. Насколько нам выделено денег, настолько мы и закупаем, - рассказала начальник отдела организации фармацевтической деятельности и лекарственного обеспечения Минздрава Башкирии Земфира Карамова. - Со второго квартала следующего года пять нозологий переходят в федеральное обеспечение, это значительно разгрузит республиканский бюджет, поскольку на их лечение уходит до 300 млн рублей. из республиканского бюджета будет приобретено лекарств на 1,76 млрд рублей.

 Самое главное - было достигнуто увеличение средств, выделяемых на закупку бесплатных лекарств. Однако проблем еще достаточно, - говорит руководитель БРОО «Хантер-синдром» Элеонора Романова рассказала об итогах работы организации в 2018 году.

 - Каждый последний понедельник месяца - я на приеме у и.о министра здравоохранения РБ Рафаэля Яппарова. Какой опыт из этих посещений? Нас все-таки заметили. Нам предоставили возможность участия на публичных чтениях бюджета республики. Во время встречи с руководителями министерства мы сообщили, что будем следить за госзакупками, поддерживать связь с пациентами. Удалось решить проблемы конкретных пациентов.

 Ирина ШИПУНОВА.

 P.S. Когда готовился материал, стало известно, что по направлению Минздрава РБ маленький Ратмир отправляется на обследование в Москву, где состоится консилиум с тем, чтобы вывезти ребенка на лечение за рубеж.

Автор: Ирина Шипунова

Здоровье

Возврат к списку