USD 66.43 | EUR 75.39
Городская среда
Уфа ВИП Интернейшнл

Ростислав Мурзагулов: «Надо уверенно гнуть свою линию»

135 |

Интервью с председателем Совета директоров АО «Башинформ» Ростиславом Мурзагуловым.

- 11 октября свершилось знаковое событие - возвращение Радия Хабирова в республику в статусе врио главы Башкортостана с апгрейд-командой и целым пакетом смелых инноваций. Невольно напрашивается метафора: «второе пришествие Хабирова». Ростислава Мурзагулова называют его правой рукой. А на днях в комментариях к посту в ФБ Елена Прочаковская нарекла вас просто: «мозг»! Именно с этих позиций хотелось бы построить наш разговор.

Ростислав Мурзагулов: «Надо уверенно гнуть свою линию»
- Простите, но я на себя больше, чем просто участие в разработке информационной политики, не возьму. У Радия Фаритовича – длинная скамейка запасных и мозги и руки очень многих людей задействованы в тех ситуациях, когда это необходимо. А в том, что касается, например, связей с общественностью и информационной политики – все происходит исключительно с его собственного понимания и представления. Нет ни одного слова, которое вышло бы от него и не было его собственной мыслью, его текстом. Потому что он сам в этом хорошо разбирается. Всегда разбирался. И в 2003 году, в свое первое пришествие, у него было точно такое же современное представление об информационной политике. Муртаза Губайдуллович, пригласив на службу Хабирова, тоже хотел осовременить информационную политику. Но, к сожалению, сказалась сила инерции. Тогда уже было понятно, что надо действовать по запросу населения. После выборов 2003 года стало очевидно, что непонимание между жителями и властью в Башкирии нарастает. Мы понимали, как надо реагировать, Радий Фаритович понимал, но ситуация не позволила это сделать.
А сейчас, слава Богу, такой инерции уже нет и быть не может.

- Я так понимаю, многие привнесенные сегодня в республику проекты зрели на старых дрожжах, даже на удаленке ваша команда думала о Башкирии?

- За это время возникли новые цифровые инструменты. Но тренд был понятен еще в 2003. Люди хотели большего внимания к своим постоянным, текущим проблемам.

- Первоочередным болячкам…

- Да. А власть достаточно далеко оторвалась от населения, считая, что она все знает, все понимает. Некое «окукливание» власти происходит, когда нет долгой смены команды. И в какой-то момент Муртаза Губайдуллович это понял. Он искренне хотел сделать людям хорошее, хотел людям помогать. И когда понял, что теряет доверие и уважение - позвал молодежь.



- Но тогда некстати возникли третьи силы… Консолидировались на той стороне Белого дома.

- Не совсем так. Не было одного четко сформированного лагеря. Люди, которые не хотели перемен (а их тогда было очень много) каждый день «пели в уши» президенту, что все хорошо, не обращайте, мол, внимания, это взбаламутил Веремеенко пиаром.
Но Бабай понимал, что надо кого-то помоложе готовить вместо себя. Он был в состоянии выдвинуть человека активного и достаточно прогрессивного. И те люди, на которых он тогда сделал ставку, были достаточно амбициозные, интересные. Мы, кстати, со всеми ними общаемся до сих пор. Хотя определённые различия во взглядах были, конечно.

А сейчас шеф сказал четко: движемся вперед, нет ни рахимовских, ни хабировских, ни хамитовских. Все дружно работаем. Вы же видите, кто сегодня приходит с ним во власть – те, кто просто умеет и готов выполнять важное для республики дело.

- Хорошо. Перевернем страницу истории и вернемся к цифровым технологиям, призванным сегодня помочь жителям республики, каковым стал проект «Инцидент». Радий Фаритович на встрече в уфимской мэрии назвал его «каналом справедливости».

- Мы в Красногорске были одними из первых, кто начал реализацию программ по инцидент-менеджменту. Московская область сама является одним из лидеров этой новой истории. Понятно, что мы к этому отнеслись, как сейчас некоторые главы и министры, как к некому хомуту, который добровольно надеваешь себе на шею, понимая, что ни одна проблема не ускользнет ни от населения, ни от более высоких, контролирующих органов.



- И вы один из разработчиков?

- Нет. Разработчики недавно приезжали. Это хорошие, звездные IT-шники, нанятые федеральным правительством. Они, действительно, лидеры этого рынка.

- Но вы участвовали в донастройке?

- Да. Иногда мы спорили, иногда просто не соглашались с подходами. Особенно, когда это касалось такого явления как «кормление троллей». Мы настаивали на том, чтобы программа реагировала на реальные проблемы, а не на инспирированные. Когда много-много однообразных, под копирку сообщений распихивались по разным пабликам. Программа начинала думать, что это действительно большая беда для людей. А мы возражали: посмотрите, это один и тот же текст, написанный одной рукой, расставленный везде. Теперь программа донастроена, такие вещи уже практически не проходят.

- Тем не менее не исключается, что конкуренты какого-то автосервиса, частной стоматологии, языковой школы такую подножку коллегам подставят, написав в сетях пасквиль…

- Этого нельзя исключать. И попытки такие есть. За первые три недели работы мы дали более 25 тысяч тысяч ответов. Ответы пустые или не содержащие в себе решение проблемы, модераторами заворачиваются.
Я думаю, что есть в данной переписке часть того, что кто-то пытался инспирировать. Наша задача - реакция и проверка всех версий. Две стоматологии друг с другом воюют с помощью жалоб, но все это будет изучено. И на следующий раз в принципе картина прояснится. Когда этим не первый год занимаешься, видишь такие «интонации», которые даже с экрана компьютера проскакивают. Лживые интонации.



- Еще о некоторых рисках: с таким рвением вся республика кинулась отвечать на обращения граждан, что порой жаль министров, глав. И не переусердствуют ли они в этом, опасаясь за свое кресло? А ведь еще есть плановая работа.

- Нет, не переусердствуют. Если посмотреть структуру обращений, то она полностью совпадает с тем самым планом работы. Структура ровно та же, что есть в любом стратегическом документе о работе для населения. Там всегда будут проблемы ЖКХ, здравоохранение, образование, безопасность, экология и так по убывающей. Ничего другого чиновникам не надо придумывать, не надо изобретать. То, что население хочет, то и надо решать.

- Инвестчас, Здравчас, Стройчас – новации Хабирова из разряда уже «глубокого бурения». Жалобы – жалобами, но необходимы инвестиции. «Уфа просела», - заявил Радий Фаритович и обещал всяческую поддержку. Именно на нее городские власти очень рассчитывают, неотложных дел накопилось множество: нехватка школ, поликлиник, ФАПов, детсадов, ветхое жилье, обманутые дольщики, аварийное состояние мостов... И здесь, конечно, чрезвычайно важны профессиональные кадры – кто сумеет все эти масштабные задачи осуществить. Когда Радий Фаритович заговорил о конце байства, некоторые в зале, кажется, нервно заерзали.

- Могу объяснить. Многие чиновники прикрываются такой теорией. Они говорят, что мы не просто так байством занимаемся, не просто себя так пафосно ведем. Если, мол, будем вести себя по-другому, власть лишится сакральности и ее перестанут слушать.



- Сакральность власти – красиво звучит…

- На мой взгляд, это редкостная чушь, поскольку люди уважают власть не за пафосный вид, а за реальные дела. Когда Радий Фаритович пришел в Красногорск, первые его рейтинги не впечатляли, ведь его еще не знали. К тому же, непривычные имя, фамилия, отчество... Сказались и общие протестные настроения, которые сильны для столичного региона.
Но через год мы получили в опросах 70% доверия к власти! И не потому, что Радий Фаритович пафосно себя вел и был очень сакральным. А ровно наоборот – в тужурке, в сапогах ходил там, где бомжи в парках обосновались в центре города. И все, что смог делать, моментально начал делать. В ответ пришло уважение.

- Особенность нашего региона - патерналистские настроения. Ментальность у нас отличается восточным колоритом, мы не Москва и не Питер…

- Но в этом позитив тоже есть. Консерватизм, который присущ республике, в том числе и в отношениях между людьми – имеет свои плюсы. И тот нигилизм, характерный для больших городов, часто выступает разрушающим фактором, разобщает людей. Мне это чуждо. Поэтому все время пытаюсь вернуться домой. Уже четвертый раз это делаю. И мне приятно вспомнить язык, на котором я говорил в детстве.

- Вы говорили на башкирском?! Я полагала, что башкирская тема просто модный тренд, а, оказывается, для вас это что-то очень личное?

- В возрасте 4-5 лет мои мама и папа были студентами, а я жил с бабушкой и дедушкой в Таймасово, в самом красивом в мире Куюргазинском районе и говорил только по-башкирски.

И мне нравится, что башкирская тема стала востребованным трендом в республике. И за это надо сказать большое спасибо предыдущему руководителю. При его менеджерах многое сделано, чтобы башкирское, этническое стало модным, более интересным.

Ведь раньше было иначе. Когда я по долгу службы ходил на концерты, где исполнялись песни на башкирском, – это было очень однообразно. А в последние годы появился такой феномен как группа «Бурелар», Элвин Грей. Мы с вами можем любить или не любить рок или поп-музыку. Но их смотрят, слушают. На их концертах вся молодежь, причем молодежь, говорящая на самых разных языках. Это же очень здорово. Мне приятно говорить на родном языке те слова, которые я еще помню. Почему нет? Я обязательно восстановлю язык в своей памяти, никуда он не делся, где-то в глубинах лежит.

- Вам респект за такие намерения. Хотелось бы коснуться нашей профессиональной сферы, которую вы возглавили. Чего журналистам, медийщикам, ждать? Как вы собираетесь перекраивать это поле?

- Что мы увидели в Москве? На наших глазах изменилась сама структура СМИ. Сейчас в республике журналистами становятся 4 миллиона человек – говоря с преувеличением. А если без преувеличения – на 4 млн жителей приходится 500 тысяч человек, которые активно пишут в соцсетях или в других средствах массовых коммуникаций – мессенджерах, интернет-сайтах. То есть в каждой семье есть общающийся в интернете человек. Жизнь стала вот такой. И мы должны меняться.
Вы знаете, я скучаю по «Советской Башкирии», в которой работал в 1995-1997 годах. Это была очень мощная «дубинка», реально четвертая власть. Я приезжал в Хайбуллинский район, ездил по тем местам, про которые мне было интересно написать. Мою статью внимательно читали, и предпринимались какие-то меры. То есть делал то, что сейчас делают те полмиллиона человек. Но тогда делали мы, газетчики. Для нас, конечно, это было лучше, потому что мы были влиятельные. У меня зарплата в 18 лет была больше, чем у мамы. А она на тот момент работала учителем высшей категории.

Сегодня надо моделировать реальную ситуацию. Что, собственно, мы и хотим сделать с помощью большого «Башинформа» - холдинга. Чтобы движением стало двусторонним. Не односторонним, как в свое время в «Советской Башкирии», когда власть рождала информационною повестку и через газеты и другие каналы отправляло ее населению. Особого варианта ответить у населения не было. Потому что не было канала обратного воздействия.

Теперь у населения есть все возможности, чтобы воздействовать на власть, соответственно, власть обязана выстроить такую систему, и мы ее выстраиваем. Вот этим большой «Башинформ» и должен заняться. Не прославлять власть, это бессмысленно. Человек просто увидит – сделано или не сделано. Если мы будем делать и при этом рассказывать другим людям, что надо стучаться и заставить что-то сделать. Вот эта коммуникация и будет выстроена. И журналисты станут коммуникаторами между властью и обществом.



- Дерзну на сравнение: наша редакция предпринимает попытку выстроить эффективную коммуникацию с горожанами с нулевых годов. На страницах газеты «Уфимские ведомости» выходит полоса под рубрикой «Жалобная книга». И нам не раз уже намекали, что «газета излишне коммунальная». Не всегда и не всем начальникам нравится дотошность журналистов.

- Радий Фаритович, проработав в республике несколько дней, удивился: очень много прочел статей о происходящем - казалось бы, сменилось руководство, и люди хотят знать подробности. А читать нечего: все новости словно под копирку! Ни одной интерпретации, ни одной глубокой мысли. А ведь раньше, когда мы еще здесь работали, был анализ. В чем же дело? То ли действительно маленькая зарплата у журналистов... Будем над этим работать.

- Каждый получит по заслугам, видимо. А та самая пирамида – алгоритм выстраивания коммуникаций с населением предполагает на конечном этапе рейтинг госслужащих. Когда мы его увидим?

- Во-первых, когда появится много дел, которые уже выполнены, либо не выполнены. Сейчас пока таковых - 25 тысяч на всю республику. Будет ли объективной оценка чиновников по такому количеству? Полагаю, что нет. Репрезентативности пока не видно. Чтобы получился полноценный рейтинг, должно пройти несколько месяцев. Должно накопиться много информации, тогда это будет объективно. Активнее люди начинают говорить в тех районах, где Радий Фаритович побывал. Давайте, он сначала везде побывает.

- Хорошо, подождем, когда пазл сложится. А пока выскажитесь о нашем городе, тем более, что мэру не до журналистов, он занят хозяйством. Как вам Уфа?

- Город в идеологическом плане стал за последние годы еще более столичным, модным современным. Уфа долгое время была главным райцентром, как писал коллега Шамиль Валеев. Из других райцентров сюда приезжали. Но мы же столица 4-миллионной республики! Мы должны быть в общемировых трендах, в урбанистических, культурных, идеологических, информационных, если хотите.

- Вы про опен-эйры?

- Опен-эйры в Уфе – мирового уровня мероприятия, я был восхищен. Просто фантастика, когда 20 тысяч человек приходят на Этноночь не просто насладиться музыкой, а самим участвовать в импровизациях – это здорово. В этом направлении надо обязательно двигаться и дальше. У нас же как – шажок сделаем вперед робко и стоим ждем. Прилетит или не прилетит откуда-то. Надо уверенно свою линию гнуть. Надо уходить от местечковых вещей, чтобы быть привлекательными для всей страны, для всего мира.

- А то, что касается урбанистики?

- Я не специалист по урбанистике. У меня есть мнение, как у обывателя, как у жителя в прошлом таких городов как Москва, Париж. Много ездил по миру - в Африке, Америке. Мне кажется, мы должны преодолеть некий комплекс провинциала, мы должны поверить в себя. Если республика сделала такое потрясающее действо - как Симфоночь, Этноночь, Ночь музеев, театров, зрелище, которое я мог бы спокойно увидеть где-нибудь в Вашингтоне или в Лондоне. Значит можем! Мне нравятся и перемены в Музее Нестерова. Гостей привлекает фонтан «Семь девушек», памятник Мустаю Кариму. У нас тут культура башкирская у всех, кто тут живет. Я говорю со своими друзьями, у них самые разные имена и отчества. И когда мы под гитару поем «Куз нурым», подпевают все. Потому что это наша родина.



- Согласна с вами. Зерно легло в благодатную почву, пусть прорастает дальше. А футбол для вас – это хобби или поручение шефа?

- 80% то, что пишут об Уфе в мире, с чем связано? Это - не нефть и не мед, а футбольный клуб «Уфа»! И миллиард рублей, который республика тратит на команду, окупается сполна. Будем команду поддерживать и впредь.

А футбол я очень люблю с детства. Играл всегда и смотрел. Еще ребенком на 4 утра ставил будильник, чтобы посмотреть еврокубки. Красивое зрелище, такой интересный вид спорта, там очень высокое разнообразие действий. В футболе огромное количество вариантов развития событий в каждой конкретной ситуации. Он разнообразен как сама жизнь.

- А как вам туристический бренд «Терра Башкирия»…

- Попытки такие делать надо, пусть все это мелькает, пусть спорят люди об этом. Некое такое оживление поддерживает и формирует интерес людей к общественной жизни.

- Оживление продолжается и во власти. Некоторые считают, что хабировского правительства еще нет, что пока идет прелюдия.

- У Радия Фаритовича, как я уже сказал, действительно большая скамейка запасных. Он сразу определился и заявил, никаких разбирательств, кто когда там, в прошлом кого обидел. Это самое главное. Его интересуют только профессионализм и человеческая порядочность – таковы критерии.
Какая-то донастройка будет происходить. Но кадровой революции не произойдёт.

- Завершая наш разговор и возвращаясь к метафоре о «втором пришествии», выдвигаю версию эзотериков: пришествия как такового не будет, но оно непременно состоится после того, как каждый житель планеты сам изменится настолько, что на Земле не останется зла и несправедливости. И ведь примерные такие ожидания сегодня и у жителей республики. Но при этом они рассчитывают, что это благо совершит команда Хабирова.

- Так устроен мир. Люди в ожидании светлого будущего - подчеркнул Радий Фаритович, выступая у вас в мэрии. Говорил он и о высоком запросе в обществе на справедливость. При этом предупреждал коллег: стараясь быстро и качественно выполнять ту или иную просьбу людей, не стоит особенно рассчитывать на благодарность. Вместо «спасибо» может последовать лишь следующая жалоба, наказ, просьба – как угодно назовите. Я полностью разделяю воззрения шефа.
Но при этом ни раз мы говорили с ним о том, какие все-таки у нас в Башкирии добрые и благодарные люди. Люди все видят. Вот смотрю сейчас на эти 25 тысяч ответов, а многие не поленились и написали: «Большое спасибо, мне залатали яму».

Каждое утро иду на работу с удовольствием, потому что я занимаюсь тем, что мне очень нравится и что важно моим землякам.

Галина ИШМУХАМЕТОВА.
Фото Валерия Шахова, Риты Ишниязовой, из открытых источников


Журнал "Уфа" Музаргулов

Возврат к списку